Биография / Статья
Тренировки офицеров, и идея побега из армии
Тренировки офицеров, и идея побега из армии. "40 лет в каратэ". Глава 26. Пришёл к стадиону раньше назначенного времени. Размялся. Увидел как идёт в мою сторону длинный строй офицеров во главе с начфизом. Капитан представил меня. Человек тридцать, среди которых были генералы с несколькими звёздами, смотрели на маленького худого солдата. Начфиз отошёл в сторону, и предоставил мне полную свободу действий. Я начал с пробежки по большому кругу стадиона, возглавив колонну мужиков, среди которых половине явно хотелось сбросить лишний вес.
Затем построились в несколько рядов, размялись, потянулись, и я начал разучивать с ними основные удары руками и ногами. В конце тренировки все мужики были мокрыми от пота, и довольными от проделанной работы над своими тушками. Теперь я два раза в неделю по утрам уезжал один в Читу, и после тренировки был предоставлен сам себе. Через несколько тренировок я научил офицеров делать первое ката - Тайкиоку Шодан. Военные, приученные выполнять строевые команды, с удовольствием делали ката.
Пыхтели, обливались потом, но вкладывались в каждое движение. Во время тренировок вокруг стадиона собиралась масса зрителей. Где ещё увидишь такое - стройные ряды офицеров штаба армии отрабатывают удары каратэ, а затем дружно под счёт выполняют боевой танец. Многих офицеров я хорошо знал, поскольку они часто бывали в нашей бане. Да и все остальные прониклись ко мне уважением, и беспрекословно выполняли все команды во время тренировки.
Иногда я с ними заходил в штаб армии, и общался там с офицерами, с которыми были дружеские отношения. Как-то прапорщик сказал нам, что съездим за нашей зарплатой. Ведь мы числились в 22-м дивизионе. А там зарплаты, хоть и по пятерке в месяц, скопилось уже больше чем за полгода. Поехали на уазике, в котором я улёгся в багажник, и всю дорогу проспал. В дивизионе нас узнали парни, с которыми мы "хорошо" пообщались во время стажеровки.
Борисыч увидел их рожи, и понял каким спасением для нас было попасть в СКА. Забрали зарплату, и уехали. Теперь я сидел в машине, и созерцал красоту тайги, восхищаясь мастерством водителя, который ловко объезжал сосны. Мы ехали по тайге, а не по дороге. Я спросил у Борисыча: - Зачем мы едем по тайге, а не по дороге. - Чего порожняком гонять? Едем к реке. Нужно набрать камней для бани. - Ответил прапорщик. Река шириной в пару десятков метров, и с быстрым течением.
На другом берегу загорают люди. Вода ледяная. Борисыч сказал мне с Русланом, что нужно выбрать идеально круглые больше камни. Я разделся, и подумал, что ехать потом замерзшему в мокрых трусах мне не хочется. Снял трусы, и пошёл голым вылавливать камни. Даже не напрягало, что люди на другом берегу. Они на гражданке, а мы в армии. Выбрасывали на берег подходящие камни, а прапорщик отбирал из них самые идеальные для бани.
Замёрзли конечно очень сильно. Зато потом сухую одежду надел. Набрали камней полный багажник уазика. По воскресеньям рано утром я убегал на двухчасовую пробежку вдоль реки Читинки. Как-то раз убежал очень далеко, и взобрался на высокую сопку, откуда открывался вид на Читу, которая была очень далеко. А нужно было ещё бежать обратно. И тут я услышал как кукует кукушка. У меня были свои знаки. И я спросил кукушку, когда я уйду из армии?
Кукушка мне сказала, что в сентябре. Заканчивалось лето. Но я поверил, что в сентябре я уеду отсюда. В это время вышел приказ Горбачёва уволить всех учащихся высших учебных заведений. Но мы были по факту отчисленными из Бауманки студентами. Мне пришла в голову завиральня идея. Как раз у меня был разговор с полковником Мелениным, и он рассказал мне, что ничего не получается сделать с неуставщиной во многих дивизионах. Иногда парни глотают гвозди, лишь бы попасть в медсанчасть, и какое-то время отдохнуть от регулярных побоев.
Он и сказал мне, что хорошо бы вам уволиться по приказу Горбачева. Идея как это реализовать озарила моё сознание. Писать письмо в Бауманку не имело смысла. И я придумал многоходовую комбинацию. Написал письмо в Бауманку, и отправил его своему другу Диме. Но от друга толку мало было в этом плане, нужно было чтобы его отец с письмом поехал в институт. А как его попросить об этом? Только позвонить. Это не как сегодня, взял и написал смс, или в Ватсапп.
Нужно было позвонить на домашний телефон, и что бы тот, кому ты звонишь, в этот момент был дома. Поскольку я регулярно ездил тренировать офицеров штаба Армии, то дорога в Читу у меня была накатана. Но мой видок в армейском спортивном костюме привлекал ко мне внимание военных. Один раз, будучи нелегально в городе, я шёл с Русланом, и нас остановил военный патруль. - Солдаты? - спросил офицер. Первая моя мысль была о том, что на нас словно клеймо стоит, что мы солдаты.
Мы дали деру. Погоня. Мы неслись по дворам. Убежали. В такое приключение мне больше не хотелось попадать. Тем более в одиночку. По выходным я несколько раз ездил в Читу. Перелезал через забор, ограждающий часть, там где точно никто не видел. Страшно было конечно. Но на третий раз я таки дозвонился, и мне ответил папа моего друга. Я ему рассказал о своей просьбе, а он сказал, что моё письмо к ним дошло. Выдохнул. И забыл на время.
В то время я каждое утро уходил в 6 утра в баню, и плавал по часу в бассейне. Никто про это не знал. Я закрывал баню изнутри, и был уверен на все 100, что до 9 утра в баню никто даже не постучит. Прапорщик только после 9 часов приходил на работу. И вот как-то плаваю я туда-сюда в бассейне, и слышу стук в дверь бани. Думал что постучат и уйдут. Но стучали долго, и всё сильнее. Мокрый,в одних трусах, пошёл открывать дверь.
